Смысл жизни в литературе

Готовые школьные сочинения

Коллекция шпаргалок школьных сочинений. Здесь вы найдете шпору по литературе и русскому языку.

Проблемы поисков правды и смысла жизни в русской литературе

Я собираюсь написать о князе Андрее Болконском и Пьере Безухове, героях эпопеи Л. Н. Толстого «Война и мир». И Пьер, и князь Андрей ищут правду, но у каждого она своя, для каждого понятие «жизненная правда» связано с его личностным началом, с его характером и взглядом на жизнь. Нет общего понятия «правда», к которому все должны стремиться. У каждого человека складывается свой взгляд на жизнь, и его изменение тоже можно назвать обретением новой правды. Пьер Безухов ищет правду и свое предназначение в жизни постоянно, даже обретая новое познание, новую истину, как, например, масонство и масонские жизненные установки, он не останавливается на этом и продолжает искать истинный смысл жизни.

Пьер — человек, который постоянно меняется, и после того, как он обретает новую правду, меняется его характер. В начале эпопеи Пьер — безвольный молодой человек, постоянно нуждающийся в чьем-то руководстве и потому попадающий под разные влияния: то князя Андрея, то компании Анатоля Курагина, то князя Василия. Его взгляд на жизнь еще твердо не установлен.

Он возвращается из Франции, охваченный идеями французской революции, Наполеон для него — герой, воплощение французского национального духа. Эта черта его натуры — постоянный поиск истины на протяжении всей жизни: отправляясь в Дворянское собрание, он вспоминает общение монарха с народом в 1789 году и надеется, что увидит нечто подобное тому, что было во Франции. Уже в эпилоге Толстой дает понять, что Пьер принимает самое деятельное участие в тайных декабристских обществах.

Позже, после Бородинской битвы, Пьер услышит во сне голос своего наставника-масона «благодетеля», и в результате его проповеди познает новую истину. Что же это за истина? «Сопрягать надо, сопрягать.

— с внутренним восторгом повторил себе Пьер». Бородинская битва — кульминация в жизни Пьера, именно в битве он познал, кто такие Они. «Они в понятии Пьера были солдаты — те, которые были на батарее, и те, которые кормили его, и те, которые молились на икону». Позже, во сне, Благодетель будет говорить: «Простота есть покорность Богу, от него не уйдешь.

И Они просты. Они не говорят, но делают». Пьер чувствует, что именно Они живут истинной жизнью, и чувствует, что он не может с ними соединиться, и жить так, как живут Они. И новая истина, которая открылась ему: «Не соединять все это, а сопрягать надо», — и есть то, к чему он стремился. В плену он знакомится с Платоном Каратаевым, принадлежащим к Ним, и познает ту жизнь, которой живут Они. Пьер, постоянно познавая все новые и новые жизненные истины, не отрекается от своих прежних убеждений, а оставляет от каждого периода некие жизненные правила, наиболее ему подходящие.

Он, в молодости одержимый идеями французской революции, в зрелости стал революционером-декабристом, от масонских жизненных правил он «оставляет» веру в Бога, и христианские жизненные законы, которых у него не было до встречи с Вил-ларским. И, наконец, он познал главную истину, к которой должно стремиться, — умение сопрягать личное с общим, свои жизненные убеждения с теми, которыми живут они. Эту истину он сохранил, и, по утверждению Наташи, человек, которого Пьер больше всех уважал, был Платон Каратаев. Пьер сопрягает еще и разные жизненные истины, оставляя от каждой наиболее приемлемые для себя убеждения.

У князя Андрея Болконского уже сформирован четкий взгляд на жизнь. Пьер постоянно ищет смысл жизни и жизненную правду, увлекаясь то одними идеями, то другими. Князь Андрей же знает, к чему стремиться — он жаждет «своего Тулона», славы, власти; Наполеон для него идеал, и князь Андрей во всем желает следовать ему: от мелкого армейского чина — на самую вершину иерархической лестницы.

После Аустерлицкого сражения, когда князь Андрей пытается совершить подвиг, который послужит началом его «наполеоновской» карьеры, он глубоко разочаровывается в своих прежних убеждениях. Стоя на пороге смерти, он познает мелочность своих прежних стремлений и своего идеала — Наполеон кажется ему назойливой мухой, не заслуживающей внимания. Князь Андрей отрекся от своих прежних убеждений, но новых не нашел.

Это первый духовный кризис князя Андрея. Пообщавшись с Пьером, переполненным масонскими идеями, князь Андрей тоже проникается ими («началась…его новая внутренняя жизнь»).

Но постепенно характер его — твердый, холодный, властный — берет свое. Измена Наташи — толчок для его второго кризиса, после которого он вновь ожесточается. Бородинское сражение было кульминацией и в жизни князя Андрея — предсмертные страдания помогли ему постичь новую христианскую любовь: «Сострадание, любовь к братьям, к любящим, любовь к ненавидящим нас, любовь к врагам — да, та любовь, которую проповедовал Бог на земле…

и которой я не понимал». Но с этой новой истиной он жить не мог — она слишком противоречила его характеру, природе его души. Князь Андрей и Пьер Безухов — столь разные по характеру люди, сближаются именно потому, что оба они осмысляют и стараются понять свое предназначение в этой жизни, каждый постоянно ищет правду и смысл жизни. Именно поэтому они близки друг другу. Теперь я хотел бы написать о Раскольникове — герое романа Достоевского «Преступление и наказание» .

Раскольников — бедный студент-разночинец, доведенный до отчаяния своей бедностью и жизнью, которую он видит вокруг себя. Ужас этой грязной, отвратительной жизни заставляет Раскольникова выработать теорию о людях разных сортов — плод его долгих размышлений. Именно эта теория устанавливает психологию Раскольникова, его взгляд на жизнь. Он изобрел эту теорию и сам же стал ее рабом. Теория же его гласит, что существуют люди двух сортов — Наполеоны, сверхлюди, те, которые «право имеют» на любое преступление первого сорта ради достижения своих целей; и «вши эстетические», «твари дрожащие», человеческий материал для людей.

Сотворив эту теорию, Раскольников желает проверить, кто же он сам по этой созданной классификации. Убив старуху, Раскольников обнаруживает, что он не Наполеон, а «вошь эстетическая». Но, став рабом своей теории, он и не думает признать ее неправильной — он мучается тем, что не подходит под нее. Теория Раскольникова — тоже результат поисков правды и смысла жизни. Но жизнь, которую видит Раскольников, ужасна, поэтому идеал этой жизни именно таков: Наполеон, властвующий над «вшами».

Новая правда, которую он обретает через любовь, христианская истина, все же заставляет его отречься от прежних убеждений и признать для себя новую жизненную правду, какую — неизвестно («это рассказ уже о другом человеке…»). Каждый человек видит правду, жизненный идеал по-своему, согласно своему характеру, моральным устоям своей души и обстановке, в которой он живет. Пьер, мягкий, постоянно ищущий свое место в жизни, критически относящийся к самому себе, легко усваивает и познает все новые и новые жизненные истины. Сухой, расчетливый и строгий князь Андрей видит правду по-своему, непременно сообразуясь со своим суровым характером.

Раскольников, доведенный до отчаяния жизненной средой и своим положением в этой жизни, старается самоутвердиться психологически и возвыситься над окружающими его мелкими и ничтожными людьми.

Источник:
Готовые школьные сочинения
Я собираюсь написать о князе Андрее Болконском и Пьере Безухове, героях эпопеи Л. Н.
http://www.testsoch.net/problemy-poiskov-pravdy-i-smysla-zhizni-v-russkoj-literature/

Постановка проблемы смысла жизни в русской литературе

«Жалобы на жизнь», разочарование, равнодушие к жизни охлаждение чувств — все это следствие потери смысла жизни.

Ситуация человека, не знающего смысла своего существова­ния, стала коренной в европейской литературе от Байрона до экзистенциалистов. И в русской литературе в одном ряду с Онегиным, Печориным стоят и Иван Ильич Толстого, и Николай Степанович из «Скучной истории» Чехова, и герои Бунина.

Романтизм выразил разочарование и одновременно безграничной силы порыв к идеалу. Его глубинным импульсом было «стремление к недостижимому, любовь к беспредметному» 1 .

Не может быть удовлетворенного романтика, обретшего гармонию с окружающим миром и с самим собой. Справедливо, что «поэзия древних была поэзией обладания», поэзия романтизма — «это поэзия томления»2.

Но томление и порождает стремление к обладанию нормами, правилами, законами и, наконец, ценностями, придающими смысл жизни.

Обретение смысла жизни было задачей, поставленной романтизмом, требовавшим выйти за его пределы.

Путь от томления, разочарования, равнодушия к обладанию и любви к жизни проходят герои русского романа. Когда мы мысленно обозреваем их последовательность от Евгения Оне­гина до Алеши Карамазова и князя Нехлюдова («Воскресение»), мы отчетливо видим направление процесса.

Пушкин писал о герое «Кавказского пленника», бывшего ро­мантическим предшественником Онегина: «Я в нем хотел изоб­разить это равнодушие к жизни и к ее наслаждениям, эту преждевременную старость души, которые сделались отличитель­ными чертами молодежи XIX века»3.

Пушкин, а вместе с ним и русский роман в целом, составляющий стержень русской литературы XIX века, начинает с главного вопроса, с самого глубокого уровня любого мировоззрения — с вопроса о ценности жизни, о ее оправдании. Поте­ря современным человеком смысла жизни очевидно и справед­ливо связывалась романтиками с прогрессом, с историческим развитием Европы. Поэтому излюбленная для романтиков ситуа­ция: разочарованный, цивилизованный герой в среде «дикого», патриархального народа. Пушкин недаром назвал своего пленника «европейцем».

Патриархальные народы — черкесы, цыгане находились на предысторической ступени. Их гармония и непосредственность были несовместимы с развитием. Зато им неведома была болезнь современного человека — равнодушие к жизни, разочарование.

Европейцам выпала другая доля: развитие, история. Дисгармония, которой они подвержены, — источник жизни, обеспечивающий движение на историческом пути.

Достоевский в своей знаменитой Пушкинской речи справедливо назвал героев романтических поэм Пушкина «скитальцами», покинувшими свой дом. Но он, очевидно, был не прав, видя в беспочвенности участь только русского интеллигента. Такова была европейская и, как показала история, мировая судьба.

Интенсивное историческое развитие XIX и особенно XX ве­ка сделало образ романтического скитальца пророческим. Разве герои Кафки или «Посторонний» Камю не родственники по прямой линии Чайльд Гарольду, Алеко, пленнику?

Именно романтическими поэмами и «Евгением Онегиным» была поставлена Пушкиным задача, решением которой занялись его последователи: Лермонтов, Гоголь, Тургенев, Достоевский, Л. Толстой — поиском смысла жизни в исторически меняющемся мире.

Поэтому в русской литературе, начиная с «Кавказского пленника» и «Цыган», идет непрекращающаяся до сих пор дискуссия о прогрессе и выдвигаются различные концепции истории. Дело, конечно, не в том, что некоторые темы и идеи сохранились на протяжении полутора веков, хотя это тоже показатель единства литературы.

Критика Алеко городской цивилизации, нарушающей гармо­нию человека с природой, звучит совершенно актуально и сейчас. Его слова о «неволе душных городов», где «люди в кучах, за оградой не дышат утренней прохладой», воспринимаются как декларация какой-нибудь партии «зеленых». Вспомним Л. Толстого, его «Люцерн», «Казаков» и, наконец, «Воскресение». «Как ни старались люди, собравшиеся в одно небольшое место несколько сот тысяч, изуродовать ту землю, на которой они жались. » Знаменитое начало «Воскресения», служащее камертоном всему роману, подвергает критике городскую цивилизацию примерно с тех же руссоистских позиций, что поэмы Пушкина.

Затем традиционное противопоставление цивилизации и при­роды, города и деревни вдруг вынырнуло в 60-е годы уже XX века в «деревенской прозе». Ее явление было неожиданно и потому особенно эффектно в силу прочно устоявшегося в общественном сознании предрассудка, рассматривавшего всю русскую литературу XIX века как сплошное прославление прогресса. Все настоящие писатели назывались поэтому у нас прогрессивными. Истина, добро, красота были доступны только прогрессивным художникам. И эпоха безоговорочного господства над умами идеи прогресса в нашей стране закончилась сравнительно недавно, когда исчезло с лица земли «все прогрессивное человечество», исчезло так же незаметно, как и появилось.

Но в действительности русская литература XIX века была не панегириком, а обсуждением, диспутом о прогрессе. В ней был представлен полный диапазон оценок прогресса: от фанатического его восхваления Белинским, Чернышевским, Писаревым до столь же фанатичного его неприятия К. Леонтьевым, между которыми разместились Тургенев, Гончаров, Достоевский, Л. Толстой. Можно сказать, что центральная задача, объединяющая усилия всех писателей, состояла в поисках смысла жизни в связи с прогрессом. Направление поиска было дано Пушкиным, он показал, в какую сторону надо двигаться, явившись создателем «поэзии действительности».

Стоит задуматься, почему и случайно ли русская реалистическая литература началась с романа, носящего имя героя, стоящего во главе ряда «лишних» людей и персонажей, так или иначе соотнесенных с ними: Печорина, Бельтова, Рудина, Обломова, Райского? У Пушкина образ «лишнего человека» — центральный: поэт был им занят большую часть зрелого творчества с 1820 по 1833 год.

Выражение «лишний человек» стало столь привычным и приевшимся всем со школьной скамьи, что его обсуждение кажется совершенно излишним и почти невозможным. Но в привычном, общепринятом нередко содержится, может быть, самое существенное.

Наиболее известные интерпретации образа Онегина, принадлежащие Белинскому и Достоевскому, сейчас представляются узкими. Через призму исторического опыта XX столетия образ пушкинского героя видится символическим. Трагедия человека, не имеющего смысла жизни, стала приметой нового времени. А поскольку суть Онегина заключается в отпадении его от всеобщего, в отсутствии у него Бога и религиозного воззрения на мир, то становится очевидной его связь с героями Л. Толс­того, Достоевского, Чехова, Бунина. То, что казалось чертой десятилетия 30-х годов XIX века, обнаружило свойство периодического возрождения.

Какой-то идеи, придающей прочный смысл жизни на десятилетия, оцененной в литературе как безусловная, не нашлось. Успокаивающий принцип объяснения чередования потерь и обретений смысла жизни изменением общественно-политической ситуации не лишен доли истины, но перед лицом катастроф — войн и революций XX века — приходится признать его явную недостаточность.

Казалось бы, у Толстого и Достоевского нашелся убедительный ответ пессимизму, неверию и равнодушию к жизни. Но после Пьера Безухова, Андрея Болконского, Алеши Карамазова явился Иван Ильич («Смерть Ивана Ильича») и Николай Степанович из «Скучной истории».

Пушкин проблему ставит в локальном, национально-историческом аспекте и в глобальном, мировом. Но традиционно во многом благодаря Белинскому у нас сложилась прочная традиция понимания «Онегина» в контексте преддекабристской эпохи.

Белинский в качестве глашатая нового реалистического миропонимания довел до предела идею историзма «Евгения Оне­гина», объявив устаревшим содержание романа, считая это «величайшим достоинством».

Критик рассматривал «Евгения Онегина» только в контексте текущего времени, фиксируя изменения, происходящие в пределах десятилетия. Будучи фанатиком прогресса, Белинский был совершенно убежден, что все идет к лучшему и история есть поступательное движение, где каждая последующая эпоха превос­ходит предыдущую в интеллектуальном и духовном развитии.

Поэтому он не обратил, да, видимо, и не мог обратить внимание на мысли и наблюдения Пушкина, носящие общий характер. Отличительной чертой эпохи поэт считал эгоизм, присущий не только великосветскому прожигателю жизни:

Все предрассудки истребя,

Мы все глядим в Наполеоны,

Двуногих тварей миллионы,

Для нас орудие одно,

Нам чувство дико и смешно.

Онегин после короткой и бурной светской жизни, пресытившийся и разочарованный, стал читать книги, которые большей частью его не удовлетворяли. А в тех, которые «он из опалы исключил», он нашел, по существу, оправдание своего мрачного скепсиса, неверия и скуки. Из всего, что он читал, ему оказались близки только произведения Байрона:

Да с ним еще два-три романа,

В которых отразился век

И современный человек

Изображен довольно верно.

Онегин сам современный человек. У него в кабинете вмес­то религиозных символов присутствуют совсем иные: Байрон и Наполеон, вместо распятого на кресте Спасителя — полководец:

Под шляпой с пасмурным челом,

С руками, сжатыми крестом.

А Байрон и Наполеон были властителями дум, по определению Пушкина. Они в романе представлены символами эгоизма, двух его вариантов. Английский поэт был певцом «унылого эгоизма», французский император — воплощением стремления к власти и славе, обожествлению своего «я».

Ничего другого эпоха не могла предложить Онегину. Так русский реализм начался с исследования индивидуализма, продолженного Лермонтовым в «Герое нашего времени».

Пушкин сделал шаг вперед от романтизма; автор «Евгения Онегина» объяснил разочарование героя, раскрыл причины его появления на исторической почве.

Хандра Онегина — «это недуг, которого причину давно бы отыскать пора». Собственно, этим и занят Пушкин в романе, в чем и состоит одна из черт реализма как объясняющего искусства. Литература обратилась к действительности, к тому, что окружает человека, рядом с ним, в отличие от романтизма, устремленного к необыкновенному, экзотическому. Из всех черт реализма устремленность к обыкновенному оказалась наиболее глубинным и долговечным импульсом. Можно сказать, что идея обыкновенного была движущей силой развития русской литературы от Пушкина до Бунина и Набокова.

Классицизм был строго иерархическим искусством иерархического общества, где достоинства человека определялись по его положению в государстве. Идеал классицизма, по существу, был языческим.

Романтизм был борьбой с классицистическим пониманием человека: «Мир тридцать лет сражался и истекал кровью. Аристократизм, унижающий человеческое достоинство, должен быть отброшен — борьба начиналась с этого»1.

Но романтизм сам породил новое неравенство в отношении к человеку и действительности, в частности отдал предпочтение редкому, экзотическому, необыкновенному. Для реализма не стало запретных тем, для него не существовало деления действительности на сферы, достойные и не достойные изображения в литературе.

Это движение к всеохватности началось еще с романтизма и шло с исключительной интенсивностью. В начале века утверждение Карамзина, что крестьянин тоже человек, воспринималось как поразительное открытие. Пушкин первый стал вводить в литературу героев из низших сословий серьезно, без экзотики и сентиментального умиления. «Станционный смотритель», «Гробовщик», «Капитанская дочка», затем Гоголь с его знаменитым «маленьким человеком» — таковы главные вехи преодоления социальных границ в изображении человека в русской литературе. Натуральная школа с ее характерным жанром физиологического очерка порождена этим вниманием к героям всех сословий, профессий, занятий. В дальнейшем почти каждого русского писателя хвалили за то, что он рисует обыкновенных людей и простую, повседневную жизнь.

Нам представляется, что от Карамзина до Бунина с его программным: «Не все ли равно, про кого говорить? Заслуживает того каждый из живущих на земле» — идет одна непрерывная линия развития. Но решающий шаг сделан Пушкиным. В «Евгении Онегине» он рассказал, как изменились его взгляды:

В ту пору мне казались нужны

Пустыни, волн края жемчужны,

И моря шум, и груды скал,

И гордый девы идеал,

И безымянные страданья.

Здесь в четырех строчках мы находим отличительные черты романтического мироощущения: экзотику (море, пустыня, груды скал) и стремление к недостижимому: нельзя изжить страдания, не имеющие причины («безымянные»), как и достичь идеала.

Иные нужны мне картины:

Люблю песчаный косогор,

Перед избушкой две рябины,

Калитку, сломанный забор,

Эти стихи Пушкина стали символом веры новой литерату­ры. С.М. Бонди писал, что еще не разъяснено наукой, с помощью какого чуда Пушкину удалось обыкновенные вещи, самую прозаическую действительность показать как прекрасную, и почему, если воспользоваться словами ученого, читателю «становится милым, дорогим то, мимо чего они раньше проходили равнодушно»1.

Показательно, что только в реализме о красоте возникают вопросы «как?» и «почему?», а суть прекрасного в романтизме и классицизме очевидны.

Понятно, что героизм, воспетый поэтом-клссицистом, прекрасен, как и титаническая, необыкновенная личность или яркий, экзотический пейзаж в романтизме. Но «калитка, сломан­ный забор»! В чем их обаяние, к каким глубинным чувствам они обращаются в нас?

Их красота выражает идею значимости каждой человеческой жизни, поверх всех возможных норм, систем и ценностей, всегда носящих временный и частичный характер. Красота обыкновенного в реализме — это признание непознаваемой бесконечной сущности человека.

Из всех свойств реализма она оказалась самым долговременным. Ее можно встретить и у писателей, которые во многом отошли от традиций реализма, как, к примеру, у Бунина и Набокова.

Устами своей героини из «лирического» рассказа «Неизвестный друг» Бунин утверждал: «В сущности, все в мире прелестно, даже вот этот абажур на лампе. »

Более того, именно «обыкновенности» принадлежало решающее слово в споре различных концепций человека и действительности.

Но, как известно, реализму был присущ комплекс свойств и идей. Он был объясняющим на исторической основе искусством. Сама по себе эта установка на исследование действительности в искусстве, вопреки общему убеждению, совсем не очевидна и может быть совершенно уникальна. Ее обязательная предпосылка в том, что действительность нам неизвестна, по­этому ее нужно постичь. Ведь классицизм не познавал дейст­вительность, потому что она была ему известна. Имеется в ви­ду, разумеется, духовная реальность норм, идеалов, правил.

Требование изображения обыкновенного человека сложно вза­имодействовало с установкой на историческое объяснение дей­ствительности. На место героя высоких нравственных качеств пришел репрезентативный герой, представляющий социальную группу, сословия, эпоху, идею. В сравнении с героями класси­цизма и романтизма он воспринимался как обыкновенный, но по отношению к героям последующей литературной эпохи — как необыкновенный человек. Декабристы упрекали Пушкина за ничтожность характера Онегина. Но рядом с героями Чехо­ва он представляется стоящим на пьедестале. В сущности, в категории «обыкновенности» заключалось отрицание

Источник:
Постановка проблемы смысла жизни в русской литературе
«Жалобы на жизнь», разочарование, равнодушие к жизни охлаждение чувств — все это следствие потери смысла жизни. Ситуация человека, не знающего смысла своего существова­ния, стала коренной в
http://studfiles.net/preview/5627020/page:4/

Сочинение по литературе

Сочинение по литературе. Поиск смысла жизни и счастья в произведениях А. П. Чехова

Если каждый человек на куске земли сделал бы все, что он может, как прекрасна была бы земля наша.

Признак духовной культуры личности — готовность к самоотдаче и самопожертвованию. Чехов всегда был готов помочь людям. Он лечил больных, работая врачом. Но лечить души людей оказалось более трудным и более важным делом. Чехов не мог не стать писателем! В его пьесах и рассказах мы видим жизнь простых людей, повседневный быт. Близкие автору люди — люди обыкновенной судьбы. Это интеллигенты, ищущие смысл жизни.

Обсуждая тему поиска смысла жизни в произведениях Чехова, необходимо остановиться на его последней пьесе “Вишневый сад”. В ней тесно переплетается прошлое, настоящее и будущее всей России.

Раневская прощается с садом, как будто расстается ,со своим прошлым, праздным, расточительным, но всегда свободным от расчетов, пошлых меркантильных интересов. Ей не жаль растраченных денег, она не ведает цены копейки. Раневскую волнует эта несчастливая, нескладная жизнь. Даже последний бал, который затевает героиня, этот мир на обломках прошлого, несет в себе главную цель жизни — стремление наблюдать радостный миг, преодолеть свое отчаяние, забыть о плохом, найти радость в каждой минуте, подняться над хаосом, несчастьем.

Петя Трофимов полон дум о будущем. Он заражает своими мечтами и Аню. Они верят в грядущую радость, свободу, любовь.

Ермолай Лопахин видит смысл жизни в приобретениях недвижимости, в овладении тем, о чем его дед и отец и мечтать не могли, так как были рабами. А он своей цели достиг, стал владельцем вишневого сада. Но не стал счастливее, когда понял, что это “ненужная победа”, что не о потере сада грустят его владельцы, что есть совсем иные ценности.

Каждый из героев пьесы ищет свой путь в будущее. Тема “вишневого сада” — это тема личной причастности к красоте, к природе, зовущая к поискам смысла жизни.

Героиня рассказа “Попрыгунья” Ольга Ивановна Дымова не ищет смысла жизни. Для нее вся жизнь — полоса удовольствий, танцев, смеха. Все окружающие ее люди только для того и служат, чтобы доставлять ей удовольствие. Только когда она теряет Дымова, осознание его необыкновенности приходит, да и то ненадолго. Не хочется ей верить в то, что не будет больше беззаботной и праздной жизни.

Для любящего же Ольгу Ивановну Дымова счастье в том, чтобы удовлетворить все прихоти жены, лелеять ее и терпеть все ради ее блага. Робкий, интеллигентный человек жертвует всем, не думая о себе самом. Работает, лечит людей, терпит невзгоды ради дела, ради долга. Он не может иначе, потому что любит людей.

“Свободное и глубокое мышление, которое стремится к уразумению жизни, и полное презрение к глупой суете мира, — вот два блага, выше которых никогда не знал человек”, — говорит доктор Ратин в рассказе “Палата № 6” своему пациенту. “Покой и довольство человека не вне его, а в нем самом . мыслящий человек отличается тем, что презирает страдание, что всегда доволен”. Иван Дмитриевич Громов думает иначе. Для него жизнь — это возможность отвечать на боль криком и слезами, на подлость — негодованием, на мерзость — отвращением.

Итог их споров печален: одного дня в больнице было достаточно Рагину, чтобы рухнула его теория.

Саша в рассказе “Невеста” убеждает главную героиню Надю поехать учиться, бросив дом, привычный образ жизни, жениха, чтобы показать всем, что эта “неподвижная, серая, грешная жизнь” надоела ей. Он рисует перед Надей великолепные картины, горизонты, которые ей откроет новая жизнь: “чудесные сады, фонтаны”. Подобно Трофимову, Саша верит в прекрасное будущее, и его вера убеждает Надю. Оба они видят смысл жизни в стремлении к лучшему, когда “зла не будет, потому что каждый будет знать, для чего он живет”.

В рассказе “Дом с мезонином” Лида Волчанинова следует идеям народничества, видя в этом свое призвание. Чехов показывает нам прогрессивно мыслящую девушку, ищущую смысл жизни в помощи больным, в обучении безграмотных детей, в заботе о бедных.

Любовь к маленькому, простому человеку является смыслом жизни Лиды Волчаниновой, Нади, Громова, Дымова и других героев Чехова. Наконец, в “маленькой трилогии” перед нами предстает Иван Иванович, человек ищущий, размышляющий о своей судьбе. Он призывает: “. не успокаивайтесь! Пока молоды . не уставайте делать добро. Если в жизни есть смысл и цель, то смысл этот не в нашем счастье, а в чем-то более разумном и великом. Делайте добро!”

Восставая против пассивного взгляда на жизнь, Чехов открывает своим читателям веру в русскую интеллигенцию, веру в каждого порядочного человека, способного выстоять под ударами судьбы и подняться над своим временем в вечных поисках высшего смысла жизни.

На примере Беликова (“Человек в футляре”) Чехов показывает, что из среды интеллигенции, равнодушной и пассивной, нередко выходили и убежденные защитники мракобесия. По мнению писателя, это закономерно: кто не борется за новое, за справедливое, тот рано или поздно окажется ревнителем отжившего, косного. В образе Беликова Чехов дал символический тип человека, который сам всего боится и держит в страхе всех окружающих. Классической формулой трусости стали беликовские слова: “Как бы чего не вышло”.

Не перестаешь удивляться современности рассказов Чехова, их злободневности, актуальности. Разве нет и сейчас среди нас таких Беликовых, для которых мнение окружающих, страх за свои собственные действия важнее личных убеждений?

Хорошо, если такой человек успевает это понять тогда, когда еще есть время что-то изменить, исправить. Читать и перечитывать Чехова — это значит спешить делать добро!

Источник:
Сочинение по литературе
Сочинение: Поиск смысла жизни и счастья в произведениях А. П. Чехова
http://docbaza.ru/comp/ru/5508.html

(Visited 178 times, 1 visits today)

П О П У Л Я Р Н О Е

Как увеличить губы перцем Как увеличить губы? В домашних условияхКак увеличить губы? В домашних… (3)

Выкуп невесты у брата в стихах Выкуп в стихах - красивые сценарии выкупа невесты«Выкуп в стихах»… (2)

Слюноотделение перед месячными Первые признаки беременности до задержки месячных и послеПервые признаки беременности… (2)

Как выглядят российские знаменитости без макияжа (18 фото) Как выглядят российские знаменитости без макияжа (18 фото) Как выглядят… (2)

Выкуп невесты 1 этаж Выкуп невесты 1 этажВыкуп невесты от Ани Вы откуда и… (2)

COMMENTS